Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 141

Как особенность шведского рынка можно отметить преобла­дание во внешних и внутренних товарных потоках предметов относительно широкого потребления и производства, что позволя­ет предположить и относительно широкую социальную базу об­мена. Примечательной чертой шведского рынка было развитие негородских форм обмена, прежде всего, па территориях с редкими городами. При несомненных и прочных традициях этой внегород­ской торговли тем более интересно отметить, что к середине XIV в.

город утвердился в качестве центра внутренней торговли. Наконец, важной чертой развития торговли было сохранение в ней многих личностных связей« что говорит как о заметной роли традиций, так и о стабильности торгующего контингента.

Хотя внешняя торговля шла почти исключительно через го­род, бросается в глаза, что лишь немногие города были связаны с нею сколько-нибудь регулярно. В подавляющем большинстве города ориентировались на внутренний рынок — местный и меж­областной. Это обстоятельство представляется очень важным для объяснения экономической и политической консолидации швед­ского государства в период Кальмарской унии и особенно в по­следующем столетии 10\

105 См.: Сванидзе А. А. О движущих факторах общественного развития Шве­ции в период Кальмарской унии (конец XIV — начало XV в.).— СС, 1975, 20, с. 48—59.


Часть II

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ТОРГОВЦЫ И ИХ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

и обязательно «сменил занятие», т. е., выполнив все положенные формальности, вступил в разряд чёпманов. Торговец, который не вступил в разряд чёпманов, обозначался в источниках по своей прежней основной специальности. Так, некоего Кристиерна, ко­миссионера крупного стокгольмского купца и патриция Ханса Динкстеде, ездившего в 80-х годах XV в. по его торговым делам в Любек, в официальных документах называют «стригалем»; портной Эневольд продал соль уже как Enewold skreddere kцpsven; портной Клаус часто фигурирует в городских документах XV в. и всегда обозначается одновременно как чёпман или меркатор. Видимо, Кристиерн еще не вступил в ряды чёпманов, Эневольд сделал это «на наших глазах», а Клаус — уже давно, хотя и на памяти современников .