Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 238

Первый историк страны Олаус Магнус отвел этим занятиям большое место в своей «Истории северных народов» (1555 г.). Имеется и новая, в том числе современная, историческая литература на эту тему, главным образом этнографическая и археологическая, из проблем общественной организации рыболовецкого промысла рассматривались более всего аспекты права. Скандинавские спе­циалисты говорят об «огромном культурно-историческом значении» рыбного промысла для развития стран скандинавского Севера, об особой «культуре поморского Севера» (Nordsjцkultur), связанной с мореплавателями и рыбаками. Авторы справедливо подчерки­вают обилие здесь интернациональных контактов и заимствований, большое значение рыбного промысла для возникновения новых поселений и колонизации диких районов .

Менее всего изучались социальные стороны рыболовства. Между тем вследствие важности этого промысла аспект его соци­альной организации и социальной роли, в частности, в связи с развитием товарно-денежных отношений и рынка представляет особый интерес.

В средние века основными областями рыбного промысла восточ­ной Скандинавии были северные земли, примыкающие к Ботни­ческому заливу, обширный район Меларенского бассейна с его реками и морским побережьем, а также Сконе. В начале XVI в. 56% трески добывалось в финских водах, большая часть сельди —в водах, омывающих юг и восток полуострова Сконе, а также око­ло Кальмара; ловлей лосося славилось устье р. Евле \ Но и в цен­тральных, и в южных областях собственно Швеции, где быстро развивалось земледелие и скотоводство, рыбный промысел продол­жал оставаться основным занятием больших групп населения. В течение XIII, но особенно с середины XIV в. он быстро специали­зировался: примерно 40 населенных пунктов (отдельных дворов, но чаще — целых поселений) в Смоланде и сопредельных районах получили в эти века название Fiskatorp (от др.-швед. Fiskarathorp). Многочисленные поселения с названием Fiskarbo и т. д. возникли в Далекарлии. В середине XV в. только в Эстерйётланде насчиты­валось семь «главных рыболовецких становищ»; более мелких, вероятно, было значительно больше5.