Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 244

Вместе с тем историография горнометаллургического промыс­ла почти обходит его связь с городом. Город фигурирует преимуще­ственно как «инстанция экспорта». Соответственно остаются в стороне вопрос о месте горного промысла и промысловиков па внутренних рынках страны, проблема социальной среды и соци­ального определения горнометаллургического дела. Вероятно, поэтому в историографии господствует представление об исклю­чительности горного дела как единственной «целиком товарной» сферы шведского хозяйства в рассматриваемый период.

Рудное дело в Швеции насчитывает много сотен лет. Издревле оно развивалось как широкий домашний промысел (который пол­ностью не исчез и в период развитого средневековья), на базе открытых залежей, находимых почти по всей заселенной террито­рии страны. Одновременно с оформлением муниципального строя городов, сложением их хозяйственных основ и социальной органи­зации происходило и профилирование горного дела. В середине XII в. король Кнут Эрикссон пригласил для работы в шведских рудниках рудокопов из Саксонии, где были освоены передовые для своего времени методы горнодобычи; это означает, что поверх­ностная добыча (более всего болотной и озерной руды) сменилась шахтной. В XIII в. шахтный способ стал уже преобладающим , что было неизбежно связано со специализацией горнодобычи.

Рудная разработка была привычной деталью пейзажа большин­ства областей тогдашней Швеции. Железные залежи разрабатыва­ли в областях Средней, Западной, Восточной Швеции: Далекарлии, Естрикланде, Упланде, Вестманланде, Сёдерманланде, Парке, Эстерйётланде, Вермланде и др. Залеяш медных руд концентриро­вались преимущественно в области Даларна, там же были рудники но добыче серебра; эта область стала центром наиболее интен­сивной горнодобычи, в связи с чем началось и ее освоение (а позднее так сильно прозвучал ее голос в политической истории) .