Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 148

Другое свидетельство относится к концу XV в. Купец Laurens Herysch, бюргер из Кракова, в 1496 г. получил от шведского пра­вительства лицензию на разработку руды в Бергслагене. Вместе компаньонами (гражданство которых неясно) он должен был на свои средства произвести разведку руды и, обнаружив серебря­ные, медные, свинцовые или железные залежи на «королевском альменнинге», начать добычу и плавку металла; в течение первых трех лет они освобождались от налогов, но обязывались продавать половину добытого серебра по «подходящей цене» (gдngse pris) монетным мастерам. В течение 10 лет ни один прелат или фрель- сисман (friboren) не имел права вторгаться в новые разработки, которые производил обладатель лицензии. Своей лицензией кра- ковец Лауренс Хериш был обязан в первую очередь напряженным поискам источников монетного сырья, которые велись правитель­ством Швеции в конце XV в., но обнаруженный М. Маловистом документ весьма интересен и как прямое свидетельство организую­щей роли купеческого капитала в горном деле. Как правило, пред­принимателями выступали натурализовавшиеся в Швеции выход­цы из городов вендской Ганзы.

Любопытные данные можно привести и о торговцах рыбой. Шведские купцы принимали участие в организации лова и скупке •рыбы на сконских сельдяных промыслах, но чаще действовали на рыбных промыслах, ближайших к шведским городам. Специальные привилегии для столичиых рыботорговцев известны с середины XV в. Позднее в Стокгольме и Норчёпинге эти купцы образовали даже свои цехи (окончательно оформленные, однако, лишь в XVII в.) . В городских документах чаще всего упоминаются так называемые «лососники» (laxekarlar). В стокгольмской налоговой описи за 1460 г. их упомянуто 9, а всего в городе в это время было свыше 20. Из них налог уплатили 8 чел., причем общая сумма его составила 7 мк, тогда как сумма налога с 33 рыбаков составила около 12 мк. Очевидно, что имущественное положение лососников было намного лучше имущественного положения обычных рыбаков (fiskere), что позволяет видеть в них не ловцов лосося, а торгов­цев. II. Аилунд указывает, что лососники не столько ловили рыбу, сколько оптом закупали ее, солили и отгружали на корабли для сбыта на дальних рынках. Наблюдение ученого, видимо, правиль­ное, ибо сведения о торговцах лососем подтверждаются и другими материалами. В Турсхелле, выросшей благодаря специализиро­ванному промыслу лосося, было более трех гильдий, а городской налог в 1413 г. достигал 90 мк, что свидетельствует о достаточно широкой торговой прослойке, видимо, связанной с хозяйственным профилем города. В городских книгах упоминаются и торговцы тюлениной, тюленьим жиром (sдlkarl, sali-, sjдlkцpдre).