Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 150

Северное побережье Балтийского моря и его жители привле­кали большое впимапие викингов. Там проходили важпые ком­муникации, связывающие шведов со славянами и другими наро­дами Восточной Прибалтики. Сама Приботния была богата хоро­шими мехами и рыбой (в частности, лососем) — ценными товарами торговли. Для Швеции (как и для Новгорода) Север в то время имел прежде всего промысловое значение, и важнейшим путем его освоения была торговляМестные жители — «лесные люди» (skogsmдn skogkarlar), охотники за зверем, птицей и рыболовы — охотно вступали в меновую торговлю53. За меха, которые служили там мерилом стоимости 54, они стремились получить ткани и пред­меты из металла. Герой «Саги об Эгиле» знатный человек Торольв, собирая дань с карелов, финнов, саамов, одновременно, как и все викинги, торговал и занимался грабежом. Позднее конунг поручил сбор дани там другим людям — состоятельным, но незнатным, не­высокого рождения, а Торольв оказался отстраненным от этих прибыльных поездок55. Порученцы короля — откупщики дани, сменившие, таким образом, предводителей викингов, были «торго­выми бондами», привыкшими ходить как фарманы в морские тор­говые экспедиции56. Е. Антони полагает, что они чаще всего про­исходили из меларенского тракта: не случайно частым наимено­ванием торговых местечек в Северной Балтике стал тогда топоним Birkala — финская форма «Бирки» ъ\

В XIII в., когда после серии крестовых походов эти территории попали под власть шведских королей и туда хлынула волна пе­реселенцев-шведов разного ранга, отдельные представители вер­хушки местных бондов (теперь смешанной по этническому соста­ву) из Западной Ботнии со второй половины XIII в. стали получать индивидуальные привилегии на торговлю с лопарями. Эти же люди, ставшие теперь :местпыми, обычно собирали и налог, в ос­новном, как и ранее, меха, за что отчисляли в свою пользу долю полученного налога. Судя по Хельсингалагу, официальный налог был невелик и, скорее, служил символом подчинения58. Но торгов­цы-сборщики, пользуясь своими лицензиями, грабили местное на­селение, справедливо прослыв среди современников и позднейших историков «тиранами лопарей». К середине XIV в. такой смешан­ной» деятельностью среди саамов занялись и переселившиеся туда немцы (в том числе служители церкви).