Сванидзе А.А. Сведневековый город и рынок Швеции. Страница 177

Во-первых, безусловное преобладание немцев было характер­но для Стокгольма, Кальмара и, видимо, для всех крупнейших портовых городов. В Йёнчёпинге среди купцов и судовладельцев мы встречаем уже много скандинавских имен, и, как уже говори­лось, в торговых слоях мелких городов немцы, возможно, не пре­обладали. Во-вторых, в условиях смут и борьбы за власть в Шве­ции, особенно в период Кальмарской унии, когда страна фор­мально подчинялась датской короне, главному сопернику Ганзы на Балтике, немцы, особенно купцы, вовсе не чувствовали себя уверенно в шведских городах. При усложнении политической си­туации многие из них покидали страну. Так было, например, в 80-х годах XIV в., во время войны между Маргаритой Датской и Альбректом Мекленбургским, когда из Швеции уехали примерно 300 бюргеров-пемцев, которые вериулисъ затем лишь в 1396 г. Такие «приливы» и «отливы» в верхушке шведского бюргерства наблюдались затем неоднократно. Антинемецкая оппозиция осо­бенно проявилась с начала XV в., затем в восстании Энгельбректа (1434—1436), националистическая окраска которого, вне зависи­мости от первоначальных побудительных мотивов движения, за­девала не только датчан, но и немцев.

После битвы при Брункеберге (1471) те, кто по определенным причинам причислял себя к «шведам», натурализовались и оста­лись в стране, живя и действуя как шведы. Другие, отнесенные — по своей воле или в силу обстоятельств — к «немцам», пометав­шись между шведскими и немецкими городами, в конце концов в течение второй половины XV в. покинули страну. В отношении Або это убедительно показал И. В. Руут, в отношении Стокголь­ма — К. Шьёдеп; такие же данные имеются и по некоторым дру­гим городам. Пустующие места заполнялись торговцами шведско­го, а на северо-востоке страны — и финского происхождения, и это сразу же проявилось в увеличении числа мелких шкиперов и мелких купцов-фрахтовщиков, в расширении числа скандинавских имен среди чёпманов и в патрицианских кругах193.'